Что клиент рассказывает о себе серверу подписки

Что клиент отправляет за списком серверов

Запрос к серверу подписки устроен как открытие обычной веб-страницы: клиент обращается к адресу и получает текст со списком серверов. Вместе с запросом уходят три вещи, у каждой своя причина.

• Название и версия приложения — по ним сервер решает, в каком виде отдавать список, чтобы конкретный клиент его понял.
• Отпечаток устройства — короткая служебная строка, по которой считают аппараты на одном доступе. Её же называют идентификатором устройства.
• Адрес, с которого пришёл запрос — он виден любому серверу, к которому обращаются, и подписка тут не исключение.
• Чего в запросе нет — списка открываемых сайтов, файлов, контактов, содержимого трафика и платёжных данных.
• Что из этого следует — по одной и той же подписке разные приложения вполне законно получают разные ответы.

Две разные машины, которые постоянно путают

Сервер подписки и сервер, через который идёт трафик, — разные машины. Первый отдаёт по адресу текстовый список точек и участвует в деле ровно те секунды, пока клиент этот список забирает.

Трафик после подключения уходит на серверы из этого списка. На точке выхода данные распаковываются, и сервер выходит в интернет от своего имени — то есть технически видит, куда направлены запросы. Поэтому доверять или не доверять приходится владельцу точки выхода, а не приложению.

Чего сервер подписки не видит

В запросе за списком серверов не уходят адреса открываемых сайтов, файлы с устройства, контакты, содержимое трафика и платёжные данные — этих полей в запросе нет. Поэтому само по себе обновление записи ничего дополнительно о вас не сообщает: клиент повторяет тот же запрос при каждом запуске.

Отпечаток устройства — счётчик, а не слежка

Лимит «столько-то устройств на один доступ» требует способа отличить один аппарат от другого. Отпечаток для этого и нужен: по нему видно, что телефон и ноутбук — два разных устройства на одной подписке. К тому, что вы делаете в сети, он отношения не имеет.

Побочный эффект: переустановленное приложение может выглядеть для счёта новым устройством, и лимит срабатывает там, где ничего не менялось. Признак — аппаратов у вас столько же, а доступ ведёт себя так, будто их прибавилось.

Что туннель закрывает, а что нет

Туннель — это труба, а не купол: устройство шифрует уходящий поток и отправляет его одному серверу, тот распаковывает и выходит в сеть от себя. Владелец сети в кафе видит только зашифрованное соединение с одним адресом; сайт на другом конце видит адрес сервера и определяет по нему страну.

• Анонимности туннель не даёт — это другая задача.
• От вредоносных программ не защищает: заражённый файл приедет по трубе так же, как по любой дороге.
• Слежку через куки и учётные записи не отменяет: после входа в почту или маркетплейс адрес уже не важен.
• От поддельного сайта банка и фишингового письма не спасает — подмена происходит выше уровня трубы.
• От владельца самого сервера не прячет: точка выхода видит направление запросов по определению.

Единственный риск, который не закрывается настройками

Это неизвестный владелец точки выхода. Ни одна настройка клиента на него не влияет, а обещания «мы ничего не видим» со стороны не проверяются.

Бытовая проверка: значок туннеля в системе — единственное подтверждение, что соединение поднято. Выгруженный системой в фоне клиент пропускает трафик напрямую и не предупреждает об этом.

Чего мы не знаем и не станем утверждать

Три вопроса остаются без подтверждённого ответа — ниже они названы прямо.

• Что собирает о пользователе сам разработчик приложения на своей стороне и какой политикой это описано — публично не подтверждено.
• Открыт ли исходный код клиента — прямого утверждения ни в одну, ни в другую сторону в доступных источниках нет.
• Проводился ли независимый аудит кода и кем именно — сведений об этом нет.

Что известно точно: приложение не владеет серверами, регистрации и личного кабинета в нём нет, рекламы и встроенных покупок тоже. Деньги и личные данные живут не в клиенте, а на стороне того, кто выдал подписку.